Зафкаф общей физики Александр Максимычев: «Заведующий кафедрой – моя любимая работа!»

Александр Максимычев

Александр Максимычев // Фото: Алексей Мишин

Ёлки, снег, зачеты… На Физтех постепенно приходит предновогоднее настроение, но не одно, а со своей постоянной спутницей – зимней сессией. И чтобы младшекурсники смогли чувствовать себя чуть менее напряжно перед Новым Годом, мы публикуем интервью, которое проливает свет на непривычный апгрейд классического экзамена по общей физике – вопрос по выбору.

Данное интервью было взято Сергеем Шаровым у заведующего кафедрой общей физики МФТИ Максимычева Александра Виталиевича в мае 2011 года. Кроме вопроса по выбору в нём также освещаются более общие вопросы, связанные с преподаванием физики на Физтехе.

— Расскажите, пожалуйста, о новой «хорошо забытой старой» системе.

— Система, когда на экзамене по физике нет билетов, существовала с самого основания Физтеха и была заложена Петром Леонидовичем Капицей. Сергей Петрович Капица, который руководил кафедрой в то время, когда учился я, всегда эту систему поддерживал. Система, что она собой представляет: студент приходит на экзамен с неким небольшим цельным научным докладом на 5-8 минут, дальше, естественно, у преподавателя, как мне кажется, возникает желание поговорить около «вопроса по выбору» и понять, насколько человек в нём разобрался. А затем формат экзамена предполагает, что происходит беседа по всей программе курса, который студент сдаёт.

— Как должно выглядеть оформление вопроса по выбору?

— Я не очень думал на эту тему, потому что, в моём понимании, приходит студент, а дальше оценивается ответ, то есть всё рождается в процессе беседы. Вот я пришёл и начинаю объяснять экзаменатору, выводя  по ходу дела необходимые формулы, рисуя от руки какие-то графики. Мне видится так, что это вот такой «живой» рассказ, когда я с удовольствием рассказываю то, что мне самому интересно, и что я хорошо знаю.

— Каковы  плюсы этой системы и минусы старой?

— Сейчас мне представляется так: в педагогике давно есть такие два понимания процесса обучения, которые спорят между собой. Что такое ученик, в нашем случае студент? Это сосуд, в который надо что-то налить, или это факел, который надо поджечь. Я думаю, что истина где-то посередине. Безусловно, цель наша – это сделать из студента «факел», который должен «гореть». Но перед этим, естественно, в него надо что-то налить, потому что иначе не о чем говорить.

Мне кажется, что вот эта безбилетная система позволяет решить в значительной мере проблему активного отношения студента к материалу. Я сам должен делать выводы, я сам должен понять, что мне интересно, я сам должен подготовить. И кроме того, эта система всегда существовала на «госе» (государственном квалификационном экзамене, который студенты сдают по окончании изучения общей физики – прим. ред.). Возникала немножко странная ситуация: студент 5 семестра до этого не имел дело с «вопросом по выбору», и вдруг, готовясь к «госу», он должен был его подготовить. Понятно, что это сложно. В этом смысле, нормальный постепенный процесс – это первое. Второе это то, что необходимость за 5-8 минут сделать законченное сообщение – это непростая задача, и она учит студента говорить.

Доклады на конференциях или на других каких-то собраниях – это неотъемлемая часть научной работы, этому надо учиться, и чем раньше, тем лучше. Мои наблюдения над студентами показывают, что студенты не умеют говорить, не умеют связно излагать свои мысли. И здесь – это лишняя возможность потренироваться в этом.

— При подготовке «вопроса по выбору», мы можем столкнуться с ситуацией, когда наш вопрос окажется на стыке двух разделов физики, к примеру, термодинамики и квантовой механики. Насколько преподаватель может углубляться в материал, связанный с квантовой механикой, которой у нас ещё не было? 

— Самый простой совет – не надо брать такой вопрос, где нужно глубокое знание квантовой механики. Но с другой стороны, вы заявили о том, что это вам интересно, и в этой узкой области вы – специалист. Поэтому, вообще говоря,  невозможно поставить какие-либо формальные пределы экзаменатору из соображений здравого смысла. Экзаменаторы – это люди квалифицированные, опытные, и с первым курсом они работают не первый раз. Формальных ограничений тут ввести невозможно. Я хочу сказать, что отличия не так велики. Вы приходите на экзамен и тянете билет. Это «вопрос по выбору», но скажем не по вашему выбору, а по выбору случайному. Но всё равно, после того, как вы ответили билет, экзаменатор имеет право беседовать с вами по всему курсу и в той мере, в какой он считает необходимым. Всё не так уж сильно меняется. Вам просто даётся возможность сразу создать о себе хорошее впечатление.

— Что будет на самом экзамене, кроме «вопроса по выбору»? Преподаватель может спросить, что угодно из курса?

Нет, не что угодно! Какие рекомендации мы даём преподавателям? Первое – это внимательно выслушать «вопрос по выбору», побеседовать по самому вопросу, понять насколько студент действительно всё понимает. Второе, что мы рекомендуем экзаменатору, – это обязательно посмотреть на контрольную работу, она уже проверена, и если там есть какие-то нерешённые задачи, то понять насколько студент разобрался с этими задачами. Вообще говоря, анализ контрольной, беседа по «вопросу по выбору» дают уже достаточно полное мнение о студенте, ну и плюс некая беседа по всему курсу.

— Что думают по поводу возвращения старой системы преподаватели?

— У нас лекторы, которые ведут первый курс (их всего четыре) считаются главными идеологами курса и формата проведения экзамена. Лекторы приняли единогласное решение о целесообразности этой системы. Что касается преподавателей, то, по моим ощущениям, большая часть воспринимает это хорошо. Есть некоторое количество преподавателей, которые видят какие-то недостатки. Но в целом ощущение такое, что возвращение к корням воспринимается очень даже хорошо.

— Александр Витальевич, вы не так давно заведуете кафедрой общей физики. Какие нововведения ожидаются на кафедре? Что вы планируете изменить или улучшить?

— На кафедре общей физики в качестве заведующего я работаю примерно год. Нововведения, как таковые, самоцелью не являются. Задача кафедры, как важнейшей кафедры института, это хорошо учить студентов физике. Другое дело, что внешние условия меняются, и мы вынуждены реагировать, для того чтобы высокий уровень подготовки сохранить. И та система, о которой мы говорим, это, по сути, «хорошо забытое старое».

— Почему от этой системы в своё время отказались?

— Сразу хочу сказать, что происходило это без меня, и поэтому всё, что я знаю, это некие воспоминания тех, кто тогда был. Один из аргументов – это деградация «вопроса по выбору». Студенты стали приносить очень неинтересные, откровенно слабые «вопросы по выбору».

— Как вы планируете избежать повторения такой ситуации?

— Я надеюсь на вашу поддержку. На вас, как на студента. На мой взгляд, это значительно интереснее. А интерес – это один из важнейших движущих мотивов к тому, чтобы учиться. Это одна сторона дела. А вторая сторона – это работать с преподавателями, для того чтобы планка не опускалась. Если ты принёс слабый вопрос, то получай невысокую оценку.

— Расскажите про самый интересный «вопрос по выбору», который вы когда-либо готовили?

— Зимой 1974 года мы сдавали гос по физике. Больше всего мне помнится «вопрос по выбору», который я готовил на этот экзамен. Наверно, потому что в его подготовку было вложено больше усилий. Ну и дальнейшая работа удивительным образом оказалась связана с этой темой. Это «Получение сильных магнитных полей». Речь шла об опытах Петра Леонидовича Капицы «Получение стационарных магнитных полей», и об экспериментах «по импульсному получению магнитных полей», которые проводили Сахаров и Фаулер, каждый из которых работали над водородной бомбой, один в Советском Союзе, другой в США.

—Вы сразу стали работать на Физтехе после его окончания?

— Нет, не сразу. Я окончил его в 1977 году, а работать стал в 1992 году.

— Чем до этого занимались?

— До этого занимался наукой. И начав преподавать в 92-ом году, я продолжал заниматься ею. Сначала я совмещал преподавательскую деятельность и науку, но постепенно жизнь поворачивалась так, что своё присутствие на Физтехе я всё более и более увеличивал. Сейчас, не буду кокетничать, заведующий кафедрой – моя любимая работа!

— Как вы считаете, есть ли у перспективы современной российской науки?

— Перспективы, на мой взгляд, конечно есть! Для этого нужны политическая воля сверху, чёткое понимание, куда мы идём, и как мы идём, расстановка приоритетов: что в первую очередь, что во вторую. Говорить, что мы один в один восстановим ситуацию, которая была в 70-е годы, в начале 80-х, нельзя. Это невозможно повторить. Это будет другая, современная наука. Всё у нас для этого есть. Прежде всего есть талантливые люди. Физтех – это то уникальное место, где таких людей собирается много, их концентрация здесь высока. Есть природные ресурсы, есть, в конце концов, школы. Да, всё возможно!

— Многие преподаватели считают, что сейчас уровень образования в школах ниже, чем это было раньше. Что вы думаете по этому поводу?

— Я это мнение постоянно слышу со всех сторон. Если говорить о моём личном впечатлении, то я, наверно, не могу претендовать на полный обхват этой ситуации, потому что студенты первого курса, которые приходят на Физтех – это, безусловно, лучшие люди, по крайней мере, в области математики и физики. Поэтому я бы воздержался от того, чтобы однозначно наших студентов и абитуриентов характеризовать таким трендом к понижению. Я вижу, что дисперсия – разница между ними возрастает. Есть очень сильные ребята, и есть слабые. Наверно это связано с тем, что изменились в последние годы процедуры приёма.

Когда-то на Физтехе были свои экзамены. Это был целенаправленный отбор тех, кто нам нужен, по нашему пониманию. Сейчас у нас такой канал остался, это наша олимпиада, но к этому добавился и ЕГЭ. И тут мы вынуждены брать людей, которых, наверное раньше брать бы не стали. Я сам был свидетелем разговора двух девушек, которые шли впереди меня. И одна второй совершенно открыто объясняла: «Но ты же понимаешь, я поступила сюда благодаря русскому языку». Очевидно, что русский язык – это не самое главное, что должны демонстрировать наши абитуриенты. Хотя, конечно, и это они должны демонстрировать тоже.

Спасибо Александру Виталиевичу за время, которое он оторвал от своей любимой работы, чтобы дать нам интервью! =)

Поделиться